Гриша не свидетель

Увидела спектакль по этой книге и заплакала. Это редкость, как и эта книга. Режиссер спектакля рассказал, что актеры (ребята 14-15 лет) перепечатывали книгу вручную.  Спасибо «Самокату», что переиздают такие книги, пусть с черными сроками, неважно, идею, ритм, талант они не закроют

Честная, искренняя история о подростке, который постепенно превращается в неравнодушного человека, учится правильно расставлять приоритеты и быть смелым. При этом, повествование не лишено юмора, а рифма выглядит очень органично.

Меня зовут Мила Тотрова, я работаю в издательстве «Самокат» Управляющим. Такие тексты, как «Гриша не свидетель», для меня — подтверждение, что с подростковой литературой, во всяком случае у нас в издательстве, всё в порядке.

Роман Насти Рябцевой — о часто незаметном, но всегда решающем выборе: остаться «свидетелем» или всё-таки вмешаться. В этой точке книга перекликается — не сюжетом, а внутренней этикой — с Убить пересмешника и Повелителем мух: там те же готовность встать на сторону уязвимого, даже если это делает уязвимым самого тебя, и напоминание о том, что жестокость и произвол не возникают сами по себе, а только с молчаливого согласия нежелающих вмешаться.

Но главное (для меня), что делает «Гришу» по-настоящему сильным текстом, — это ритм. Рифмованный, прерывистый, местами жёсткий, он звучит как музыка, выросшая из биения сердца: сначала неуверенного, сбивчивого, потом всё более чёткого и настойчивого. Этот ритм буквально ведёт читателя — от тревоги к решимости, от молчания к голосу. «Я устал быть одним из свидетелей» — в этой пульсации фраза становится не мыслью, а действием.

И ещё — это книга о любви. Не декларативной, а тихой, почти неуловимой: в памяти о бабушке, в попытке защитить одноклассницу, в том, как важно оказаться на чьей-то стороне. Многие вещи в мире "не в порядке" — но с такими текстами становится чуть понятнее, как жить дальше. Без ритма этих «стихов» было бы гораздо сложнее.

Спасибо большое высшим силам (читай, редакции издательства), что будет переиздание. Хоть с полосами, хоть в линеечку, хоть в клеточку. Я устала одалживать экземпляр у друзей.

Тонкая и звонкая книга, такая трогательная и немного нелепая, но очень искренняя. Сыпать прилагательными можно бесконечно, но как ещё объяснить? Мы все немного Гриша. Но Гриша, честно говоря, лучше меня. Гриша перестал быть свидетелем, набрался смелости и захотел защитить то, что он считал важным. Не только влюбился, но и признался. Не только заметил несправедливость, но и сказал что-то. А в конце и (полосами закрыто). Мне нравится семья Гриши, его юмор, этот подростковый литературный сленг. Мы все не в порядке, но надо как-то дальше жить. Без стихов было бы совсем плохо.